Когда кисть встречает Синьцзянский Или

В июне в Или-Казахском автономном округе Синьцзяна трава на степях сияет яркой зеленью, а снежные вершины ослепляют своей белизной. 24 художника из разных стран установили мольберты, хотя их языки различаются, звук шуршащих по холсту кистей одинаков для всех.
12 художников из России, Казахстана и Узбекистана вместе с 12 китайскими художниками приняли участие во втором мероприятии культурного обмена «Красота в гармонии и единстве. Прекрасный Или» - визите зарубежных и китайских художников в Или. За несколько дней они пришли к выводу: пейзаж - лучший переводчик, а кисть - самый удобный словарь.

Что они написали при первом знакомстве с Или.
12 июня художники прибыли в долину Цзянцзюньгу. Погода подвела - начался мелкий дождь. Однако никто не свернул работу, напротив, все стали ещё более сосредоточенными. Капли дождя падали на палитры, краски растекались, и некоторые художники использовали этот «случайный эффект», чтобы получить новые оттенки.
В представлении многих людей Синьцзян - это бескрайняя пустыня Гоби и просторы, о которых говорят строки «одинокий дым прямо поднимается над великой пустыней». Но когда эта группа художников действительно оказалась на этой земле, они увидели гораздо более богатые и разнообразные пейзажи, чем ожидали.
Узбекский художник Болатбек Ильясов - любитель горных походов. Поездка в Или стала для него приятным сюрпризом: «Здесь всё иначе: можно ходить по горам, и при этом вокруг много растительности». Он снял рюкзак и сделал множество фотографий на телефон.
Российская художница Вера Спасибкина бывала в Шанхае и Пекине, но в Или приехала впервые. Установив мольберт на лугах Танбалы, она сказала: «Во время работы в Москве давление очень велико, а здесь я просто наслаждаюсь искусством и творчеством».
Горные пейзажи Или полны деталей и многослойности. На переднем плане снежные вершины, за ними тянутся тёмно-зелёные ели, по долинам извиваются реки, а по склонам разбросаны стада скота. Каждое место требует своих мазков и цветовых решений. Для иностранных художников, впервые увидевших Или, этот пейзаж сам по себе стал молчаливым учителем, заново открывшим им масштабность и многообразие Синьцзяна.

Когда слов не хватает, кисть оказывается полезнее.
Дождь в долине Цзянцзюньгу то начинался, то прекращался, но руки художников не останавливались ни на минуту. Один китайский художник несколькими движениями кисти наметил далёкий горный хребет, и тушь естественно растеклась по рисовой бумаге. Рядом художник из Казахстана мастихином создавал плотные облака, наслаивая краску и передавая ощущение надвигающейся грозы. Каждый был сосредоточен на своей работе, лишь изредка они поднимали глаза на картины друг друга, кивали и вновь возвращались к холсту.
Казахстанская художница Мила Смурыгина долго стояла за спиной одного китайского художника. Позже она объяснила журналистам жестами: «Одним движением он написал целый холм, одним мазком создал небо. От начала до конца использовал только одну кисть. За семь минут картина с пейзажем была почти готова. Всё происходило плавно и непрерывно. Именно эта лёгкость и манера письма и являются особенностью китайской живописи».
Отец Милы, Евгений Смурыгин, участвует в мероприятии уже во второй раз. В прошлом году он приехал один, а в этом специально привёз дочь. «Я хотел, чтобы она увидела, как работают китайские художники, а китайские коллеги познакомились с нашим творческим подходом», - говорит он. По его мнению, художник должен учиться всю жизнь. Взаимное обучение приносит пользу всем.
Такое «взаимное обучение» вышло далеко за рамки самой программы. Учитель рисования начальной школы из посёлка Карасу уезда Нилкы по имени Амантай приехал на степь вместе с женой и дочерью по собственной инициативе. Он несколько раз обошёл вокруг мольбертов иностранных художников и тихо сказал журналисту: «Они используют потрясающие цвета. Мы, местные жители, настолько привыкли к деревянным домам и беседкам, что почти не замечаем их, а иностранные художники изображают их удивительно выразительно».
«Это как в стихотворении: «Не видишь истинного облика горы Лушань лишь потому, что сам находишься внутри неё», - сказал Амантай.
С узбекским художником Болатбеком Ильясовым они не могли общаться словами, но стоило заговорить о плотности красок и силе мазка, как они начали объясняться жестами и улыбаться друг другу.

Домой они увезут не только картины.
В заметках телефона Болатбека плотными рядами записаны китайские слова в пиньине: «красиво», «пейзаж», «спасибо». Он старательно их произносит, хотя тоны пока получаются не совсем правильно. «В Узбекистане я никогда не думал изучать китайский язык. Только приехав в Китай, понял: без него не обойтись», - говорит он. По его словам, общение через переводчика и прямой разговор производят совершенно разное впечатление.
За несколько дней он уже научился использовать простые слова для приветствия.
Вера тоже изучает китайский язык. Особенно её увлекает китайская керамика. «Как мастера Цзиндэчжэня умудряются толстой кистью рисовать на фарфоре такие тонкие линии? Это удивительно, мне очень хочется увидеть это своими глазами». В Москве она работает главным художником одного из брендов элитного фарфора и после возвращения намерена создать серию керамических работ на тему китайских пейзажей.
Перед завершением мероприятия художники обменялись контактами. Болатбек сказал, что хотел бы привезти своих студентов в Синьцзян на пленэр. Евгений и Мила планируют в следующем году приехать снова вместе с друзьями. Узбекский художник Жахонгир Абдуллаев также отметил, что поездка оставила самые приятные впечатления и станет для него драгоценным воспоминанием на всю жизнь.
16 июня в Доме культуры Или-Казахского автономного округа были представлены 48 пленэрных работ. В выставочном зале иностранные художники восхищались китайскими пейзажами, созданными несколькими лаконичными мазками, а китайские зрители с интересом рассматривали китайские беседки на берегу реки Или, изображённые узбекскими художниками.
Главным итогом этого многодневного художественного путешествия стало не соревнование в мастерстве, а то, что люди из разных стран смогли по-настоящему сесть рядом, спокойно писать один и тот же пейзаж, а затем увезти с собой собственную часть этих воспоминаний.
В Илийской долине Синьцзяна кисти сделали первый шаг навстречу друг другу, а дружба продолжает постепенно расти.